— В 1968 году, когда ты начал преподавать, ты ведь уже был в отказе.
— Да, с 1966 года. В связи с этим у нас было много неприятностей: брата исключили из института, отец потерял работу, я тоже… Пришлось устраивать жизнь заново, и это было очень непросто в нашем положении. Мать продолжала добиваться выезда, ходила по всем инстанциям, но ей отказывали раз за разом. Последний раз она была на приеме в мае 1967 года, и тогда ей намекнули, что она уже никогда в жизни не увидит своих родственников. Она пришла домой в слезах. А потом была Шестидневная война и весь этот подъем.
— Потому и намекнули, что думали стереть с лица земли
