и храбрости, и мужеству нашим, прежде всего, присущи женские черты. Русское (простите за тавтологию) мужское мужество по-женски терпеливо и по-женски жертвенно. Это не мужество пылкого и стремительного чеченца, любующегося своим природным «мачизмом», расчетливого и тренированного немца или хладнокровного англичанина. У отечественного военного мужества совершенно другие истоки. Удивительная пассивность русского солдата, позволяющая, однако, ему часами стоять под артиллерийским обстрелом, терпеть невероятные лишения и совершенно спокойно относиться как к смерти товарищей, так и к своей собственной, поражала иностранных наблюдателей на протяжении всех войн, которые почти беспрерывно вела Россия.
