Теперь я впервые заметил у Канариса признаки внутренней усталости. Он был истощен непрекращающимся внутренним конфликтом. Ледяная тактика Гейдриха в последние месяцы начала давать свои результаты. Он чувствовал себя неуютно, был беспокойным и, как я думал, испытывал нечто похожее на физический страх перед Гейдрихом. Его пессимизм в отношении военной ситуации все нарастал. Он неоднократно говорил мне: «Разве мы не повторяли много раз, что все в России пойдет не так, как представляли себе фюрер и его советники? Но они даже не хотят больше слушать правду. Знаю, я гораздо старше вас, но, пожалуйста, давайте держаться вместе. Если те, кто у власти, заметят, что мы оба придерживаемся одного и того же мнения, то, возможно, они обратят на это какое-то внимание. Я настаиваю на возвращении рабочих отношений с Гейдрихом. Так дальше не может продолжаться».