На столе сидела моя дохлая ворона. Она держала в клюве карандаш и старательно тыкала им в лист бумаги, при этом умудряясь не то сердито каркать, не то ворчать на раскрытый орфографический словарь. Ворона довольно ловко перелистывала страницы когтистыми лапами и внимательно изучала открывающийся текст.