Трактовка соития как духовно ущербного, греховного действия, оправдываемого лишь деторождением, отражена в стихотворении «Любовь», написанном в том же году, что и «Я всегда твердил, что судьба — игра…»:
<…> в темноте —

там длится то, что сорвалось при свете.

Мы там женаты, венчаны, мы те

двуспинные чудовища, и дети

лишь оправданье нашей наготе.

(II; 417)
Это высказывание, соответствующее ортодоксальному христианскому взгляду на сексуальные отношения, конечно, отнюдь не является реальным отражением воззрений Бродского и не подтверждается ни его жизнью, ни его произведениями. Выраженная в стихотворении точка зрения относится лишь к некоему условному, воображаемому семантическому пространству (дискурсу) счастливого и нерасторжимого (венчанного) брака.