За моей спиной хрустел кормом Фима. Он сплюнул сухую горошинку, обтёр лапой пасть:

— Вот ты тёмная! Кланяйся!

«Сдурел окончательно», — подумала я.

— Чего это я буду кланяться?

— Ну ты мурло… Это ж наша традиция вековая! Ещё мой прадед рассказывал: когда он вот так в раковину садился, его человек — фараон Рамзес Второй — всегда ему кланялся. Один раз так усердствовал, что даже нос разбил о чугунную раковину.

Бася склонила голову чуть набок и посмотрела на меня выжидательно.

— Чего это я буду кошке кланяться, — буркнула я себе под нос. — Бася, дай я воды наберу, — и протянула чайник.

— Набирай, — ответила Бася, но с места не сдвинулась, а только обиженно отвернулась.

— Пожалуйста, — протянула я и… немного поклонилась. Так, чтобы Фима не видел.

— Ниже, ниже надо! У тебя остеохондроз, что ли? — увы, вякнул кот у меня за спиной.

— И так хорошо, — сказала Бася.

Посмотрела на меня ласково, добавила:

— Моя мяу…