После капитуляции я с интересом наблюдал, как газеты меняют тон, словно актёры в ревю. Хотя даже они не осмелились кого-либо назвать «предателями». Но я представлял, как многие истинные «позоры нации» теперь прячутся за лозунгом «всеобщего покаяния», и мне становилось тошно.
Литература в грязных ботинках
·
Ода Сакуноскэ
