ткланяться.
Она вышла из комнаты с грацией оскорбленной принцессы. Миссис Торнтон обладала достаточной долей юмора, чтобы почувствовать всю смехотворность ситуации, в которой она оказалась. Ей оставалось только уйти. Она почти не сердилась на поведение Маргарет, и ее мало заботило, что думала о ней девушка. Миссис Торнтон от чистого сердца поговорила с ней, как этого и просила умиравшая леди. Слезы Маргарет успокоили гостью больше, чем ее возможные отговорки или молчание. Сразу было видно, что правильные слова возымели действие.
«Моя юная леди, – подумала миссис Торнтон, – у тебя строптивый норов. Если вы с Джоном сойдетесь, ему придется держать тебя в узде, чтобы ты в конце концов научилась знать свое место. Теперь ты вряд ли пойдешь гулять со своим красавчиком в такой поздний час. У тебя для этого слишком много ума и гордости. Мне нравятся девушки, которые не дают себя в обиду, когда о них говорят нелестные слова. Это показывает их сильный дух. И мисс Хейл не из робкого десятка! Она неплохо держит удар. Я отдаю ей должное. А моя Фанни совсем другая. Судьба, увы, обделила ее стойкостью и муж