основания для того, чтобы начать подозревать Лиховцеву, у меня появились, ведь теперь я знала о новом завещании Белорецкого. И доля моей клиентки в нем оказалась отнюдь не бросовой.

Внезапно я осознала, насколько зыбким оказался фундамент, на котором строилось мое расследование. В сущности, я опиралась лишь на показания свидетелей, большей частью непроверяемые. Ведь солгала же мне