Выйдя из своей комнаты, Маршал поднял руки, чтобы сложить их на груди, и его замызганная рубашка, задравшись, обнажила живот, исполосованный шрамами, оставшимися от ножевых ранений.

Венедикт уставился на них. Его пульс участился, затем пришел в норму и снова участился, когда он понял, что Маршал заметил его взгляд.