. Кумулятивизм и антикумулятивизм
Не менее значимой философской проблемой является вопрос о закономерностях развития научного знания.
Поскольку ответ на вопрос о динамике научного знания нельзя дать без обращения к материалу истории науки, постольку история науки справедливо считается «пробным камнем» истинности моделей развития научного знания. Говоря о природе изменений научного знания, необходимо отметить, что хотя все они совершаются в сознании, их содержание зависит не только от сознания и накопленного ранее научного знания, но и от результатов взаимодействия ученых с определенной, внешней им объектной реальностью, которую они стремятся познать. История науки — это не чисто логический процесс развертки содержания научного сознания, а когнитивные изменения, совершающиеся в реальном историческом пространстве и времени [21; 22; 24]. Как убедительно показывает реальная история науки, все происходящие в ней когнитивные изменения имеют эволюционный, то есть направленный и необратимый характер. Это означает, например, что общая риманова геометрия не могла появиться раньше евклидовой, а теория относительности и квантовая механика — раньше или одновременно с классической механикой. Иногда это объясняют с позиции трактовки процесса научного познания как накопления и последующего обобщения фактов. В этом случае эволюция научного знания естественно истолковывается как движение в сторону все больших обобщений, а смена научных теорий понимается как замена менее общей теории более общей. Однако, в логике понятие «степень общности» интерпретируется обычно экстенсивно. Это означает, что понятие А является более общим, чем понятие В, если и только если все элементы объема понятия В входят в объем понятия А, но обратное не имеет место. Взгляд на научное познание как на обобщение фактов, а на эволюцию научного знания как на увеличение степени общности сменяющих друг друга теорий — это, несомненно, индуктивистская концепция науки и ее истории. Как известно, индуктивизм был господствующей парадигмой философии науки и ее истории вплоть до середины XX в. [14]. И одним из главных аргументов в его защиту стал так называемый принцип соответствия. Согласно этому принципу отношение между старой и новой научной теорией должно быть таково, чтобы все положения предшествующей теории (и тем самым все факты, которые она объясняла и предсказывала) выводились бы в качестве частного случая из новой, сменяющей ее теории. В качестве примеров обычно приводились: классическая механика, с одной стороны, и теория относительности, и квантовая механика, с другой; синтетическая теория эволюции в биологии как синтез дарвиновской концепции и генетики; арифметика натуральных чисел, с одной стороны, и арифметика рациональных или действительных чисел, с другой; соотношение евклидовой и неевклидовой геометрий и др. Однако, насколько принцип соответствия является корректным в логическом и методологическом отношении? Должно ли его понимать буквально или лишь как гносеологическую метафору? Как показывает логико-методологический анализ этого принципа, он является все же лишь метафорическим высказыванием. Дело в том, что при строгом анализе его возможного применения к ситуации сменяющих друг друга научных теорий никакого «частного случая» или даже «предельного случая» в отношениях между ними не получается [28]. Рассмотрим это более
Не менее значимой философской проблемой является вопрос о закономерностях развития научного знания.
Поскольку ответ на вопрос о динамике научного знания нельзя дать без обращения к материалу истории науки, постольку история науки справедливо считается «пробным камнем» истинности моделей развития научного знания. Говоря о природе изменений научного знания, необходимо отметить, что хотя все они совершаются в сознании, их содержание зависит не только от сознания и накопленного ранее научного знания, но и от результатов взаимодействия ученых с определенной, внешней им объектной реальностью, которую они стремятся познать. История науки — это не чисто логический процесс развертки содержания научного сознания, а когнитивные изменения, совершающиеся в реальном историческом пространстве и времени [21; 22; 24]. Как убедительно показывает реальная история науки, все происходящие в ней когнитивные изменения имеют эволюционный, то есть направленный и необратимый характер. Это означает, например, что общая риманова геометрия не могла появиться раньше евклидовой, а теория относительности и квантовая механика — раньше или одновременно с классической механикой. Иногда это объясняют с позиции трактовки процесса научного познания как накопления и последующего обобщения фактов. В этом случае эволюция научного знания естественно истолковывается как движение в сторону все больших обобщений, а смена научных теорий понимается как замена менее общей теории более общей. Однако, в логике понятие «степень общности» интерпретируется обычно экстенсивно. Это означает, что понятие А является более общим, чем понятие В, если и только если все элементы объема понятия В входят в объем понятия А, но обратное не имеет место. Взгляд на научное познание как на обобщение фактов, а на эволюцию научного знания как на увеличение степени общности сменяющих друг друга теорий — это, несомненно, индуктивистская концепция науки и ее истории. Как известно, индуктивизм был господствующей парадигмой философии науки и ее истории вплоть до середины XX в. [14]. И одним из главных аргументов в его защиту стал так называемый принцип соответствия. Согласно этому принципу отношение между старой и новой научной теорией должно быть таково, чтобы все положения предшествующей теории (и тем самым все факты, которые она объясняла и предсказывала) выводились бы в качестве частного случая из новой, сменяющей ее теории. В качестве примеров обычно приводились: классическая механика, с одной стороны, и теория относительности, и квантовая механика, с другой; синтетическая теория эволюции в биологии как синтез дарвиновской концепции и генетики; арифметика натуральных чисел, с одной стороны, и арифметика рациональных или действительных чисел, с другой; соотношение евклидовой и неевклидовой геометрий и др. Однако, насколько принцип соответствия является корректным в логическом и методологическом отношении? Должно ли его понимать буквально или лишь как гносеологическую метафору? Как показывает логико-методологический анализ этого принципа, он является все же лишь метафорическим высказыванием. Дело в том, что при строгом анализе его возможного применения к ситуации сменяющих друг друга научных теорий никакого «частного случая» или даже «предельного случая» в отношениях между ними не получается [28]. Рассмотрим это более
