— Рут, может, и не заметит, а вот Роза сразу почувствует.

Утка у Рут была разборчивая.

— Ты куда собралась? — спросила Клара, следуя за ней к двери.

— К Арману. Читать завещание.

— А мне можно?

— А ты хочешь?

— Конечно, я же предпочитаю гулять в метель, чем сидеть у огня с книгой и виски.

— Я так и думала, — сказала Мирна, распахивая дверь.

Сгибаясь от встречного ветра, она потопала по глубокому снегу.

Мирна не знала Берту, но ее неприязнь к этой женщине все увеличивалась. В геометрической прогрессии.

Арман стоял в кабинете, прижав к уху телефонную трубку.

Сквозь разрывы в метели он видел фигуру Мирны, пробирающейся к его дому по деревенской площади.

Рейн-Мари сказала ему, что телефон не работает, но он решил проверить, не восстановили ли линию.

Не восстановили.

Арман посмотрел на часы. Они показывали половину второго; если бы Гамаш этого не знал, то решил бы, что уже полночь.

Три с половиной часа прошло с того момента, когда ему позвонили в машину перед домом Берты Баумгартнер. Три с половиной часа после того сердитого обмена словами.

Когда он думал об этом, к нему возвращался запах влажной шерсти, шепот снежинок, падающих на крышу его машины.