Правда? А что ж ты сразу не сказал, сладенький! Да я теперь на тебе вешаться, как принцесса Амрэль, буду, — легко переходя на хамское «ты», прошипела я и добавила совсем уж непозволительное и мерзкое: — Сюся моя темноглазая, иди поцелую.