Спорить и оправдываться не было никакого желания и сил.

– Она не моя. Я упаковщик.

Но оказалось, что Алине не нужно было ничего больше объяснять. Она только кивнула, прикрыла рот ладонью и долго всматривалась в пустые глаза.

– Стоп! Вы ее кормили? Вы ее даже не переодели. Она же замерзла! Она не животное и не кукла, черт вас подери!

Алина трогала ее тонкие руки и щеки