В мае 1945-го в Каратале пролили больше слёз, чем за четыре года войны. Разные то были слёзы. Сладкие, терпкие, как черёмуховый мёд, — у тех, кто встретился с родными, горькие полынные — у получивших запоздалые похоронки, со вкусом солёной надежды — у тех, кто продолжал ждать.