Татары и другие мусульмане изо всех сил пытались убедить городские власти Ленинграда вновь открыть мечеть, которая закрылась в 1930‐х гг. Их молитвы проходили на единственном мусульманском кладбище Ленинграда. Городские власти связывали просьбы о строительстве мечетей с глобальным исламским религиозным сознанием в эпоху деколонизации. Они полагали, что мечеть может стать центром, способствующим религиозному фанатизму. Кроме того, они опасались, что там начнут собираться группы, недовольные советской властью, как это было в бывших владениях Британской и Французской империй. Иногда ленинградская милиция разгоняла молитвенные собрания.
