Kitobdan iqtiboslar Угрюм-река. Книга 1muallif Вячеслав Шишков
– А у тебя, бабка, есть зубы? – спросил Прохор.
– Нету, светик, нету.
– Жаль… А то бы я тебе выбил их. Уходи.
4 kishiga yoqdi
Теперь Прохор Громов не тот и Угрюм-река не та. Изменил лицо свое и самый холм. На его вершине башня. Ее спроектировал, по типу башни Эйфеля, инженер-американец мистер Кук. Она вся из деревянных брусьев, скрепленных железными болтами. Четыре ее лапы жесткими фермами опираются на втопленные в землю тысячепудовые камни-валуны. Сорокасаженной высотой своей башня царит над всей тайгой, десятки верст кругом доступны ее взору, и вооруженный биноклем глаз может детально рассмотреть, что создал Прохор. Во время сильных ветродуев, когда гнется и трещит тайга, вершина башни, раскачиваясь, описывает в небе круг диаметром сажени в две. Вся башня, как бы охваченная страхом рухнуть, крикливо спорит с ветром: потрескивает, скрипит, скоргочет. Она окрашена в бледно-голубой небесный цвет и носит поэтическое имя «Гляди в оба».
3 kishiga yoqdi
Слушайте внимательно и не стройте трагических харь.
2 kishiga yoqdi
Даже вещий ворон не чует, где сложит свои кости.
1 kishiga yoqdi
И так – из жизни в жизнь, от наследия гробов, чрез смерть, чрез тьму, из солнца в солнце, чрез океан времен – передается бытие по безначальному кругу вечности.
1 kishiga yoqdi
И почему я не магометанин? Вместе с Ниной жила бы у меня и Джагда».
«И, конечно, Анфиса… Ну конечно… –
1 kishiga yoqdi
– Кынжал сильный… Ибрагишка верный, верней собаки…
Сели усталые, продрогшие. Шитик летел по порогу уверенно, сшибая носом расставленные вехи…
– Слава тебе Господи! – облегченно сказал Фарков. – Одно дерьмо прошли.
задумался. Сон и волшебная явь встревожили его. Где-то вдали печаловалась иволга. Прохор вздохнул.
– Нэ надо голову вешать
– Как ваше здоровье, батюшка? – любезно осведомился прибежавший пристав.