Это можно было сделать и после возвращения, но майя, отлично меня знающие, видимо, это предусмотрели, поскольку не успел я после жаркого секса, податливость девушек во время которого списал на грусть от расставания, дать свое согласие, как в дверь комнаты уже входили Елена и Карло, которого она едва не силком вела за собой.
— Простите, господин, — пискнули все трое и, заворачиваясь в ткани шелковых сорочек, отправились в смежную комнату, давая нам поговорить.
— Синьор Витале! — Елена, на глазах которой мгновенно появились слезы, сразу опустилась на колени, рядом тут же оказался парень, который не встречался с моим ищущим взглядом и молчал.
— Дитя? — нехотя ответил я, поднимаясь к спинке кровати и подтягивая одеяло, чтобы скрыть ноги и пах.
«Специально мерзавки устроили это сейчас, чтобы я чувствовал себя неудобно, будучи голым», — проворчал голос внутри, обещая поговорить отдельно с майя по поводу заговоров против своего господина.
— Прошу вас, простите, пожалуйста, моего мужа, — она молитвенно сложила ладони и протянула руки ко мне, — как женщина, которая считает вас самым лучшим человеком на этой грешной земле, как дочь, которая гордится своим приемным отцом, как христианка, которая думала, что ее жизнь закончена и готова была наложить на себя руки и взять грех самоубийства на душу, отказавшись от посмертия, я вас умоляю!
