нравилось ощущать на кончике языка слова, похожие на маленьких пугливых и робких зверюшек, слишком драгоценные, чтобы разбрасываться ими, рискуя, что их не поймут или исказят. Только она одна знала, насколько на самом деле болтлива, просто настоящая сорока. А если Жанна чувствовала кипучую настоятельную необходимость выпустить слова, она, не в силах больше противиться, выкрикивала их ветру и облакам или шептала в уши животным.
