– Труд этот тяжел и изнурителен, – задумчиво молвил Раниеро. – Я не стал бы убеждать тебя взять его на себя. Священное пламя прежде всего потребует, чтобы ты всецело отдался ему, забыл обо всем на свете. Ты не должен будешь иметь ни возлюбленной, ни друзей, ни каких бы то ни было удовольствий и развлечений. Днем и ночью мысли твои будут только о том, как бы сохранить священный огонь, уберечь его от всех случайностей! Ты не будешь ни минуты спокоен, станешь вечно бояться, дрожать за него. И сколько опасностей тебе ни удастся избегнуть, сколько раз ни убережешь ты пламя, едва почувствуешь облегчение от того, что счастливо миновало, как будешь снова страшиться того, что грядет, что в один миг может разрушить твое счастье. Труд этот тяжел, я хотел бы предостеречь тебя от многих страданий и говорю: не бери его на себя!
