Kitobdan iqtiboslar Шабатон. Субботний годmuallif Алекс Тарн
Те, кто пережил то, что мы с тобой, делятся на две категории. Первым на кровь наплевать, вторых от крови тошнит. Ты – из вторых, значит, в медики и в чекисты уже не годишься. К технике у тебя тоже склонности нет: как летает самолет, ты не понимаешь и понимать не хочешь. В торговлю я тебя не пущу, потому что торгашей рано или поздно сажают – кого за дело, а кого для острастки. Из твоих особенных пристрастий мне помнится только одно: гадание на ромашке. Вывод? Вывод прост: тебе прямая дорога в университет, на философский. Будешь учить советскую молодежь историческому материализму. Дело почетное и, главное, чистое…
1 kishiga yoqdi
Но настоящий переворот в жизни Нины Брандт случился после армии, когда психоаналитик, к которому она пришла по совету подруги, раскрыл ей глаза на истинное положение дел. Выслушав краткую двадцатилетнюю историю девушки, он посоветовал ей немедленно перестать винить себя.
— Но я и не виню, — смущенно отвечала Нина. — В чем винить-то?
— Пока еще не в чем, но в будущем причина непременно найдется, — успокоил ее специалист. — Так вот, на этот случай запомни раз и навсегда: виновата не ты. Виноват кибуц с его тоталитарной уравниловкой. Виновата семья, которая мало тебя любила. Виновата мать, которая редко тебя обнимала. Виновата школа, которая втискивала тебя в общий шаблон. Виновата армия, которая заставила тебя ходить строем. Ты собираешься замуж?
— Пока нет…
— Виноват муж, которого пока нет. Виноваты дети, которые будут сосать из тебя все соки… И так далее. Забудь о своей вине, ты никому ничего не должна, кроме себя самой. Ищи себя и найди то, что тебе нравится. Найди то, о чем сможешь сказать: «Вот это – Я! Все прочее – не Я, а это – Я!» Понятно?
Девушка послушно кивнула. Вооруженная этим высшим знанием, она вышла из кабинета психоаналитика в большую жизнь и с тех пор, не останавливаясь, маршировала от победы к победе.
Дом детей в кибуце был не так уж и плох – факт, что Давид и Лея росли там же, но им и в голову не приходило жаловаться на катастрофические последствия коллективного воспитания. Просто спустя десятилетие правила были уже другие – с упором на собственную бесценную индивидуальность. В годы юности Нины, в отличие от времен старшего брата, никто не делал страшные глаза, когда слышал: «Это мне не подходит! Этого я не хочу! Не хочу и не буду!»
Нина потихоньку улыбалась. Как и большинство людей, построивших жизнь и карьеру на основе цинизма, она не любила циников – ведь, как ни крути, конкуренцию ей составляли именно они, а не увешанные тяжкой броней принципов интеллигенты, которые каменеют от удивления, получив внезапный плевок в лицо или запрещенный правилами удар в область паха. Внезапный кандидат в родственники доктор Игаль Островски явно принадлежал к числу вторых. Нина до сих пор не могла без смеха вспоминать возмущение, которым он воспылал при виде камеры на подоконнике, его чопорно выпрямившуюся спину, его гордый выход из кафе. Фу-ты ну-ты… — театр, да и только.
Хотя театры тоже нужны, не так ли? Да, они неэффективны, да, они не живут, а выживают, да, они уже давно передохли бы, когда б не дотации и помощь со стороны циников… Все так, но вот ведь что интересно: иногда смотришь на эти театральные интеллигентские сцены и любуешься, потому как красивы. Красивы! А временами – красивы до умопомрачения. Циником так не полюбуешься, от циника надо беречься, смотреть в оба за своим добром – даже за подметками, чтоб на ходу не сорвал.
Видно было, что эта однообразная, до упора заряженная враньем и хлестаковщиной суета представляет собой естественную среду обитания журналистки
Беды, Игорёк, как волчья стая: сбегаются на запах страха
Вот и Наташа говорит, что время виновато. Ох уж это время – надо бы и его тоже на прииски да в расстрельный коридорчик. Что бы оно тогда сказало? Наверно, что-нибудь похожее, только уже про людей. Мол, люди такие были, страшные. А оно, времечко, вовсе ни при чем
Но ведь из России поставляли и оружие, разве не так?
— Да, поставляли. Но, конечно, бескорыстием тут и не пахло. Перед войной у Испании был четвертый в мире золотой запас. Он весь перекочевал в Москву – якобы на хранение, а на деле – безвозвратно. А взамен шло преимущественно списанное со складов Красной армии вооружение: винтовки, которые не стреляли; гранаты, которые не взрывались; патроны с просроченной годностью. Причем процесс распределения этих сомнительных благ также контролировался сталинистами: поставляли своим, обходили идеологически чужих. Анархисты, составлявшие большинство республиканской армии, постоянно страдали от нехватки боеприпасов
Видите ли, помимо войны между мятежниками и лоялистами, в Испании шла еще и другая война – за мировую революцию, как ее понимали русские. Спору нет, советские танки помогли отстоять Мадрид на первом этапе, но что касается продолжения… Русские советники сразу сделали ставку на одну из двух соперничающих компартий, очень небольшую по тогдашним меркам. Перед войной в партии сталинистов едва набиралось тридцать тысяч. Сравните это с анархистским союзом, в котором состояло два миллиона… И НКВД стал исправлять ситуацию привычными для себя методами: похищали лидеров союзных вроде бы партий, пытали, убивали, стреляли в спину буквально во время боев. Это была настоящая война, которую люди Сталина вели параллельно с основной.