В конце концов, Игорь не просил себя рожать! Сделала бы аборт – он и не узнал бы о том, что обязан вести мучительную жизнь по чьей-то минутной прихоти. Зачем надо было портить жизнь неродившемуся человеку? Материнство – не для таких, как она!
была еще полна, но уже произвела требуемое действие. В легкой, но очень приятной эйфории Игорь щелкал пультом телевизора, перепрыгивая с одного канала на другой, с фильма выдающегося шведского режиссера на отечественный детектив, с фантастического сериала про инопланетян на передачу, где
На солнцепеке, где его бросили совсем одного… Терпко, исступленно, настойчиво толкнулось в память воспоминание, для которого сейчас было не время – а потому Игорь не стал его удерживать, и оно, едва коснувшись сознания, растворилось во тьме.
И священник с востренькой бородкой и франтовато подкрученными светлыми усиками, который частил непонятную церковнославянщину, явно стремясь поскорее отделаться от панихиды.
