Итак, существенное отличие героя современного производственного романа заключается в том, что он хранит верность не Идее (официальной идеологии), а самому себе. На смену вере в Большие проекты, в Светлое будущее, характерной для советского производственного романа, приходит идея исполнения долга даже в безнадежных обстоятельствах современной России. Таким образом, лежащий в фундаменте производственного романа креативный миф заменяется экзистенциальным пафосом борьбы с судьбой. Герой предстает новым Сизифом, чей труд бесплоден в прагматическом смысле, но обладает смыслом аксиологическим.
