Kitobdan iqtiboslar Крепостное правоmuallif Мария Баганова
Современному человеку трудно себе представить, что такое – быть крепостным. Вообразите: права на вашу жизнь принадлежат другому человеку. На всю вашу жизнь! Вы самостоятельно не смеете выбирать, за кого идти замуж или на ком жениться. Не можете решать, кем вам быть, на кого учиться. И учиться ли вообще. Да и не во все учебные заведения вас примут, ведь вы по закону – неполноценный человек. И неважно, что вы красивы, умны или талантливы. Вы – крепостной. Вы не принадлежите самому себе.
А еще вы обязаны постоянно работать, но не на себя, а на человека, считающегося вашим хозяином. Выполнять всё, что он скажет, и подчиняться всем его прихотям… И этот хозяин имеет право вас наказать – физически: высечь плетью и кнутом, заковать в рогатку и кандалы, посадить на цепь, словно собаку. Закон это разрешает. Вы – вещь! Вас можно продать, сдать в аренду или поставить на кон в карточной игре. И вы не имеете права жаловаться или возмущаться. Терпение – ваша главная добродетель
4 kishiga yoqdi
В пушкинские времена один такой рынок находился против Владимирского собора, другой – рядом с Поцелуевым мостом через Мойку. Рынки для продажи людей имелись также на Лиговском канале, у Кокушкина моста и в Коломне. На Сенной площади существовал специальный «пятачок» для торговли людьми, он назывался «рабий рынок».
2 kishiga yoqdi
В самом центре Москвы на высоком холме красуется прекрасный дворец – «дом Пашкова». Его владелец, Егор Иванович Пашков, был помещиком Тамбовской губернии. Там он вел себя истинным извергом, как сообщает нам мемуарист князь Пётр Владимирович Долгоруков: «У него, между прочим, был обычай: сечь людей «на трубку» или «на две трубки». Это значило, что человека секут, пока Пашков выкурит трубку или две трубки! Крестьяне однажды ночью подожгли у него дом таким образом, что одна из дочерей его не успела спастись и сгорела».
2 kishiga yoqdi
Труд именно этих людей лег в основу богатства уральских купцов – Демидовых, Губиных, Лугининых, Мосоловых, Осокиных, Походяшиных, Турчаниновых, Яковлевых, Твердышевых, Мясниковых.
Пытки, издевательства и даже убийства работных людей были обычным явлением на их заводах.
1 kishiga yoqdi
Помещик имел право в любой момент выдернуть крестьян из привычной среды, разделить сына с матерью, мужа с женой и продать их на рынке точно так же, как продавали чернокожих невольников в Америке. Или отправить на особо тяжелую работу.
1 kishiga yoqdi
Ближе к середине XIX века многие дворяне стремились переводить своих крестьян в дворовые. Это происходило потому, что ползли слухи о готовящемся освобождении, а дворовых не нужно было наделять землей.
Состоявшие в личных услугах ночевали в довольно просторных передних и девичьих, но конечно все спали на полу и без всяких кроватей, люди же, не состоявшие в личной прислуге, а также семьи дворовых помещались зимою в общей людской избе, а летом в своих клетях: это были хижинки, наскоро построенные из плетня, смазанного глиною, и кое-как покрытые соломою, без печей и даже окон, служившие собственно для хранения принадлежавшего дворовым домашнего скарба, которым они очень дорожили, так как ни земли, ни недвижимого имущества не имели.
Разве кто-либо из дворовых мог жить так, как хотел? Живут так, как велят. Отрывают внезапно от земли и делают дворовым, обучая столярному, башмачному или музыкальному искусству, не спрашивая, чему он желает обучаться. Из повара делают кучера, из лакея – писаря или пастуха. Каждый, не любя свои занятия, жил изо дня в день, не заботясь о будущем. Да и думать о будущем нельзя, потому что во всякую минуту можно попасть в солдаты или быть сосланным в Сибирь».
И если украдет господский один грош,
Указом повелят его убить, как вошь.
А барин украдет хоть тысяч десять,
Никто не присудит, что надобно повесить, —
крестьян, которых лишили своих участков земли, иногда даже собственного жилья и заставили прислуживать в господском доме, стали называть дворовыми или холопами, то есть фактически – рабами. Они должны были выполнять всевозможные прихоти барина, взамен получая одежду и питание. Положение их было незавидно: бывшие братья-крестьяне презирали холопов, считая их паразитами.