Kitobdan iqtiboslar Подари мне небо. Сломанные крыльяmuallif Айлин Грин
– Обычно женщины ревнуют своих мужчин к другим женщинам. А я ревную к самолёту. Не знаю, кто из нас более странный – ты или я.
– Наверное, оба. Иначе бы судьба не столкнула нас друг с другом.
Если запереть в клетке, скажем, кошку, она долго будет пытаться её сломать и сбежать на волю. А когда поймёт, что не смогла, смирится со своим новым существованием. Но будет ли это жизнью?
Мы начинаем ценить простейшие вещи только тогда, когда их лишаемся.
Марк, это кошмар! – всплеснул руками Том. – Рядом с нашим зданием хотят открыть клуб. Мол, это довольно злачное место – рядом аэропорт и гостиница. Прилетающие туристы, и не только они, смогут тут развлечься. И я хотел предложить тебе…
– Там поработать? Пилот-стриптизёр… Звучит заманчиво, но я откажусь. Врачи запретили мне танцевать.
– Марк!
Я расхохотался.
– Я хотел предложить тебе выкупить это здание и открыть там школу.
– Вариант танцевать без штанов становится всё более привлекательным. Том, какую школу? Ты в здравом уме?
– Лётную школу, Марк. Школу молодых пилотов. Что бы ни происходило дальше, но наступит момент, когда наше место займут более молодые. И лучше пусть их научим мы, чем кто-то другой.
– Ценю твоё предложение и немного стесняюсь спросить – у меня где-то на лбу татуировка со словами «я миллионер?».
– Расходы я беру на себя. Основную их часть, твоя задача…
– Всё-таки снять штаны придётся, – сокрушенно вздохнул я. – Одетым я столько не заработаю.
– Марк, предупреждаю последний раз…
– Всё, я молчу. Честно. Внимательно слушаю твоё предложение.
– Знаешь, о чём я думал в тот момент, когда пригласил Марка на работу в эту компанию? «Что будет, если он однажды вновь попадёт в ситуацию, в которой под угрозой окажется его жизнь и жизнь пассажиров? Сможет ли Марк действовать?»
– И к какому выводу ты пришёл? – спросила я, сильно понизив голос.
– Действовать сможет. Но второй раз себя не спасёт.
Дело не в том, какого цвета твоя помада. Не в том, насколько короткая на тебе юбка. Не в дорогом парфюме. Не в брендовой одежде.
Дело в ощущениях. Чувствовать себя нужной. Быть нужной. Не надевать масок, не притворяться. Если смеяться, то искренне. Если плакать, то не прячась. Я открыла шкаф с вещами, понимая, что пришло время надеть не то, что произведёт на кого-то эффект. А то, что не сможет отвлечь от главного. От меня самой.
Я никогда не думал, что стану таким жалким. Даже в тот момент, когда не смог спасти жизни тех пассажиров. Даже в тот момент, когда понял, что не смогу ходить. Я боролся.
Я верил в то, что у меня всё получится.
Я кричал в подушку от боли.
Но я шёл.
Я однажды говорила тебе, что в этом мире может измениться всё. Кроме Марка. Конечно, эта фраза звучит намного громче, чем значит. Но истина зарыта именно в ней. У Марка с детства в голове установка – он всесилен, непробиваем и всегда должен быть тем, кто спасает. А не тем, кого спасают. Марк не может просто существовать. Он должен действовать. Куда-то торопиться, что-то доказывать. И сейчас каждый его шаг – это попытка вновь стать Марком Вольфманном. Пилотом, капитаном. Это битва, в которой он участвует вынуждено. И пока он не поймёт, что его любят не за то, что он сильный, не за красоту и юмор, он не перестанет бежать. А сейчас его вновь пытаются откинуть назад, забрать его жизнь. Лишить того, что, по его мнению, самое ценное.
Когда я впервые увидела Марка, он стоял возле самолёта. Точнее возле авиатренажера. Он признался, что пилот. В его глазах читалась свобода, любовь и уверенность в себе. А я призналась себе, что с первого взгляда влюбилась. Как девчонка. Влюбилась в человека, чья работа была моей самой страшной болью.