Kitobdan iqtiboslar В конке без смартфона: Как выжить в дореволюционном Петербургеmuallif Светлана Ворошилова
жилом комплексе Первого Бассейного товарищества (современный адрес — ул. Некрасова, 58‒60) или в доме Санкт-Петербургского Товарищества для устройства постоянных квартир (современный адрес — Большая Посадская, 1) — предусмотрели даже встроенные «пылесосы»: в подвале дома устанавливалась центральная пылевысасывательная станция, которая соединялась трубами со всеми квартирами дома. Сами квартиры, как правило, не были типовыми: дольщики могли выбрать и планировку, и отделку.
А
2 kishiga yoqdi
Александр Дюма столичными мостовыми остался решительно недоволен: «Представьте себе округлые валуны, одни величиной с череп патагонца, другие размером с голову самого маленького ребенка, положенные рядом и качающиеся в своих лунках; кареты, подпрыгивающие на них, и пассажиров, трясущихся в каретах, а кроме того, рытвины посередине улицы, как на проселочной дороге, кучи булыжников, которые ждут, когда их пустят в ход как мостовой камень, но пока еще явно здесь лишние; некоторые части мостовой застланы длинными шатким досками, концы которых поднимаются вверх, как качели, сначала с одной стороны, когда карета въезжает на них, а потом с другой, когда она достигает их края; после досок тянется четверть версты щебеночного покрытия, превратившегося в пыль; затем опять идут валуны, рытвины и опять доски, и опять пыль. Таковы мостовые в Санкт-Петербурге»
1 kishiga yoqdi
Рассказывая о петербургских банях, авторы некоторых текстов ссылаются на такой пассаж из романа Александра Дюма «Учитель фехтования»: «Открыв дверь этой комнаты, я остолбенел: мне показалось, что какой-то новоявленный Мефистофель без моего ведома доставил меня на шабаш ведьм. Представьте себе человек триста мужчин, женщин и детей, совершенно голых, которые бьют друг друга вениками. Шум, гам, крики. Стыда у них ни малейшего: мужчины моют женщин, женщины — мужчин. В России на простой народ смотрят почти как на животных, и на такое совместное мытье полиция не обращает никакого внимания» [18]. Что, неужели правда, что в столице империи в далеко не либеральной первой трети XIX века творился такой разврат?
Нет, конечно, это художественный вымысел.
1 kishiga yoqdi1 ta fikr
Да, и не удивляйтесь, если увидите прямо посреди перекрестка большой костер. Такие костры по приказанию градоначальника специально разводились зимой, чтобы прохожие и те, кто вынужден нести службу на улице (например, городовые или извозчики), могли погреться. Дрова для таких костров собирали всем миром: часть приносили из соседних домохозяйств, часть отсыпали с проходивших мимо возов (по приказу городового или по доброй воле возчика).
Положение затруднительное! Аллопаты тайно и явно ведут войну с гомеопатами; гомеопаты уверяют, со своей стороны, что рецепты аллопатов — вздор. Таким образом, среди сих междоусобий иногда больному суждено перепробовать на себе системы Броуна, Бруссе, Ганнемана, Леруа, Розарио, Гуфеланда, электричества, магнетизма, истощить все жизненные силы и напоследок отправиться за границу на воды».
Если баков для полоскания не было, приходилось тащить белье в портомойню — деревянный плот с бассейнами для полоскания на ближайшей речке. Сушилось белье обычно на чердаке.
Ведро питьевой воды обойдется вам в 5 копеек; техническая, конечно, будет стоить дешевле. Есть и возможность заказывать питьевую воду из ключей: она дороже, зато и вкуснее, и чище.
Адмиралтейской части в конце XIX века средняя годовая квартплата составляла 1123 рубля, в Казанской и Литейной — около 600 рублей, в Александро-Невской — 273 рубля, а в Выборгской (которая тогда была рабочей окраиной) — всего 172 рубля. Интересно, что Петербургская сторона (сегодня — один из самых дорогих районов города) еще в конце XIX века считалась непрестижной, и жить там было очень дешево (средняя годовая квартплата — 212 рублей). Но в 1903 году открыли Троицкий мост, который соединил Петербургскую сторону с центром; район, который еще недавно считался окраиной, стал стремительно застраиваться дорогими зданиями — и цены немедленно взлетели.