Kitobdan iqtiboslar  Алматинский разлом

Но было поздно. Под передним колесом пополз рыхлый грунт. Джип качнуло и Ермек резко дёрнул рулём. Машину накре­нило, она съехала ещё немного, зависла, как будто сама задумалась, стоит ли унижать его до конца, и всё-таки медленно, с тяжёлым глухим стоном перевалилась на бок. Не кубарем вниз и не эффектным падением в пропасть, а именно боком: нелепо, обидно, до смешного символично. С площадки возле отеля это было видно идеально. Руслан первым не выдержал и закатился от смеха. Карина закрыла ладонью рот, но глаза её смеялись в открытую. Даже Эдуард коротко выдох­нул сквозь нос.
Fikr bildirish
Таймер неумолимо уходил вниз. А глубоко под городом, среди камня и нарастающего напряжения, алматинский разлом уже просыпался навстречу этой ночи.
Fikr bildirish
Касымов отошёл к краю площадки и замер у перил, глядя на горы. И те, кто видел его спину, уже понимали, что завтра на рассвете они пойдут не просто в город, а туда, где кто-то решил разговаривать с землёй языком приказов. И ошибка в этом разговоре изме­ряется не словами.
Fikr bildirish
— Мне нравится, как ты на нём ездишь, будто закон — твой родственник, — она кивнула на номера его служебного автомобиля.
Fikr bildirish
Карина чуть наклонилась вперёд. — Это канал «Без связи». Здесь не работает номер нужного человека. Здесь связь только с фактами, — начала она ровно, без наигранности. — Сегодня мы снова поговорим о том, как в этой стране люди с правильными фамилиями делают вид, что закон суще­ствует исключительно для остальных.
Fikr bildirish
Землетрясения в Алматы всегда давали один и тот же эффект — на несколько часов бюрократия отступала, уступая место делу.
Fikr bildirish
— В мире, где землетрясения происходят сами по себе, никто не ищет того, кто их запускает.
Fikr bildirish
И Касымов вдруг с пугающей ясностью понял: если записи стан­ции подтвердят его догадку, назад он уже не вернётся тем же че­ло­веком, каким был вчера. Одно дело — пережить землетрясение. И совсем другое — узнать, что кто-то, возможно, научился их начинать.
Fikr bildirish
Ермек молча смотрел на неё. В его лице не было злости, только холодное удивление. Люди редко разговаривали с ним так напря­мую. — Вы знаете, с кем разговариваете? — выдавил он наконец. — С человеком, который привык к этому вопросу, — Карина даже не отвела глаз.
Fikr bildirish
— У нас любят говорить: не надо очернять страну. Давайте честно. Страну очерняют не те, кто показывает документы. Страну очерняют те, кто ворует так, будто это их наследство…
Fikr bildirish