— Для коронации Екатерины князь Александр Данилович отчеканил, помимо серебряных, еще полсотни золотых жетонов, специально траченных с четырех сторон, чтобы их пройдошливый люд московский за деньгу выдавать не вздумал, — проурчал в трубку антиквар, как огромный сытый кот. — Для него новая императрица была дополнительным рычагом влияния на Петра, потому радовался он вполне искренне.
