ta muallif kitobidan iqtiboslar Параллельный импорт и исчерпание исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности… Монография
разъясняющие некоторые вопросы реализации отношений в сфере параллельного импорта. Так, в письме ФТС России Министерства финансов Российской Федерации от 31 марта 2022 г. № 01-11/17479 «О защите прав на объекты и
Кроме того, всегда сохраняется риск ввоза контрафактной продукции при массовом параллельном импорте товаров, когда компетентные органы государственной власти ввиду ряда упрощенных требований (включая отсутствующее или упрощенное таможенное декларирование товаров в рамках региональной организации) организационно не в состоянии обеспечить должный уровень контроля за ввозом контрафактной (неоригинальной) продукции, которая не произведена правообладателем или с согласия правообладателя (не было правомерного первоначального ввода товара в гражданский оборот где-либо) и в которой неправомерно выражен объект интеллектуальной собственности.
Кроме того, всегда сохраняется риск ввоза контрафактной продукции при массовом парал
Как представляется, особое внимание в обозначенном контексте должно быть уделено совершенствованию методик и порядка проведения таможенных экспертиз, а также гражданско-правовым инструментам, которые должны использовать импортеры, приобретающие у контрагентов за рубежом товары для импорта (заверения и гарантии, должная осмотрительность и др.)
что правообладатель вступает в гражданско-правовые отношения с импортером, но на текущий момент правообладатели / их представители все реже получают подобные уведомления от таможенных органов, а иногда не получают вообще. Таким образом, возникает вопрос касательно эффективности работы ТРОИС в текущих условиях16.
В качестве еще одной проблемы выделяется регистрация параллельными импортерами деклараций о соответствии на основе подложных договоров, якобы заключенных с иностранными производителями товаров, импортируемых в рамках параллельного импорта. Здесь стоит отметить более общую проблему верификации подлинности товаров, поступаемых по параллельному импорту, требований по сертификации соответствующей продукции. Действительно, например, в отсутствие обратной связи от правообладателей установить подлинность товаров, ввозимых по параллельному импорту, может быть крайне сложно
Говоря о таможенно-правовых проблемах, можно отметить, что ТРОИС в условиях легализации параллельного импорта работает не так эффективно, как раньше: до частичной легализации параллельного импорта таможенные органы на регулярной основе уведомляли правообладателей или их представителей о том, что срок выпуска по тому или иному грузу приостановлен, и ждали обратной связи от правообладателя о том, что делать — выпускать этот товар, либо принимать иное решение с учетом того обстоятельства,
Еще одной релевантной концепцией в контексте предоставления прав использования объекта интеллектуальной собственности, представляется концепция подразумеваемой лицензии (или доктрина подразумеваемой лицензии), использование которой может быть инструментом решения рассматриваемых проблем119. Восприятие механизма исчерпания прав как подразумеваемой лицензии смещает акцент с права, утраченного правообладателем, на разрешение, полученное лицом, использующим объект интеллектуальной собственности. Кроме того, доктрина подразумеваемой лицензии предполагает обстоятельства, которые определяют последствия лицензии, и решает вопрос о том, почему должно происходить исчерпание прав. Следует, однако, уточнить, что речь идет не о том, чтобы суд каждый раз подразумевал наличие лицензии. Здесь не предлагается отказаться от исчерпания прав как статутного принципа и полностью передать решение вопроса судам. Исчерпание применяется автоматически к транзакциям при соблюдении определенных условий и не зависит от решения суда. Вместо этого рекомендуетcя рассматривать установленный законом принцип исчерпания прав как лицензию, подразумеваемую законом в отношении сделки, поскольку определенные обстоятельства, т. е. определенные действия по предоставлению прав использования объекта интеллектуальной собственности, считаются выполненными, и в этом смысле подразумеваемая лицензия используется для переосмысления контекста, в котором имеет место установленное законом исчерпание
Здесь также необходимо учитывать, что основная причина, по которой параллельный импорт не является нарушением исключительных прав, прежде всего, на товарный знак, заключается в том, что он не приводит к путанице и введению в заблуждение потребителей. Если параллельные импортеры осуществляют дальнейшее переработку товаров, в том числе изменение упаковки, изменение этикеток, стирание идентификационных кодов и т. д., такое поведение может ввести потребителей в заблуждение или нанести ущерб деловой репутации правообладателей товарных знаков, а также представлять собой нарушение прав на товарный знак.
В рассматриваемом деле параллельные импортеры утверждали, что переупаковка лекарств необходима, поскольку вскрытие оригинальных устройств защиты от несанкционированного доступа оставит видимые следы вскрытия. Параллельные импортеры посчитали, что из-за таких видимых следов вскрытия оптовики, врачи и фармацевты не смогут подтвердить, что лекарство не было подделано. Суд ЕС отклонил возражения параллельных импортеров и принял аргументы Novartis, постановив, что наличия возможных следов вскрытия само по себе недостаточно для того, чтобы классифицировать повторно запечатанный параллельно импортированный лекарственный препарат как несоответствующий, когда нет сомнений со стороны оптовиков, врачей или фармацевтов в том, что эти следы открытия связаны с переупаковкой данного лекарственного средства параллельным импортером. Таким образом, переупаковка лекарственных средств параллельными импортерами нарушает права на товарный знак первоначального производителя.
В России воспринят дифференцированный подход к исчерпанию прав применительно к разным объектам интеллектуальной собственности