— Эх, девочка моя. — Храповицкая решила не вовлекать Динскую в политические диспуты сейчас. — Когда доживёшь до моих лет, тебя тоже мало что будет удивлять. Даже пьяный педагог по истории партии.
Лев Норштейн относился к тому типу людей, в которых с наивностью не в состоянии справиться самый негативный опыт, без этой наивности их личность заболевает, скукоживается, теряет себя.
В России после разлуки любовь всегда сильнее, и чем яростней разрыв, тем крепче потом связь. Расставания, особенно окончательные, — это как клятвы в верности, без них любовь не любовь, а ничтожное брожение, так и не превратившееся в вино.
