Kitobdan iqtiboslar Княжеский крестmuallif Владимир Уланов
Глаза у маленького хана загорелись необыкновенным блеском. Он стал в боевую стойку, поднял меч над головой, крикнул:
— Кху! Кху! Кху!
Все в восторге захлопали в ладоши, зацокали языками, на все лады нахваливая молодого повелителя улуса.
— Великий воин будет! — восхищенно воскликнула мать Улагчи.
Мальчик вложил в ножны меч, гордый своим поступком, опустился на ковер и тут же потребовал налить ему кумыса.
Ему немедленно поднесли только что налитый из бурдюка еще шипящий напиток.
Слуга, который поднес молодому хану питье, весь дрожал, руки у него тряслись, лоб вспотел так, что капельки пота бежали по лицу. Он знал, что его ждет за то, что он поднес хану смертельный напиток.
Улагчи, сладко щурясь, с удовольствием выпил кумыс и отставил пиалу в сторону.
Уже через некоторое время мальчик почувствовал недомогание. В груди все горело, во рту появилась сухость. Молодой хан потребовал еще кумыса, чтобы утолить жажду. Но напиток молодой хан так и не допил, схватился за живот и застонал.
Ханша Боракчин-хатун попросила, чтобы гости покинули юрту. Улагчи уложили на лежанку, положили под голову пуховые подушки. Мать хана велела немедленно привести шамана и лекарей.
Долго ждать не пришлось. Первым пришел знающий лекарь сарацин. Он тут же осмотрел мальчика, покачал головой. Боракчин с мольбой, со слезами на глазах смотрела на целителя. На немой вопрос ханши сарацин ответил:
— Отравили вашего сына, и помочь уже ничем не смогу.
Женщина, обнимая неподвижное тело мальчика, от горя зарыдала, стала рвать на себе волосы, причитая:
— Какие же враги лишили тебя жизни?! Как же я теперь буду жить без тебя, мой родной сынок?! Почему же Чингисхан, глядя с небес, допустил это, чтобы внука твоего загубили?!
Боракчин вдруг перестала плакать, вытерла слезы и вызвала сотника своих нукеров, потребовала:
Берке с нетерпением подозвал его к себе, не давая ему выполнить обычный церемониал поклонов и ползанья на коленях с поцелуями ног или края халата.
все сопротивления Невского, готовится поцеловать его прямо в губы. Князь
В обширной трапезной княжеской палате были богато накрыты столы, на которых красовались в серебряных и золотых блюдах зажаренная целиком дичь, красная и белая рыба.
В юрте хана Бату на ярком персидском ковре, поджав под себя ноги, сидели царевич Мусук, хан Орду, хан Мункэ, темник Неврюй. Они маленькими глоточками смаковали кумыс и слушали ученого писаря Алана.
Разговор шел о русском посольстве. Хан Батый задавал вопросы:
— Скажи, Алан, враждует ли Искандер за власть в княжествах со своими братьями?
— После смерти их отца Ярослава каждый из братьев получил свои княжества, и пока сильной вражды между ними не наблюдается. Но основными претендентами на власть на Руси являются Александр и Андрей. Они недовольны тем, что им досталось. Они хотят полной власти над всеми княжествами и поэтому поехали к тебе, великий хан, за ярлыками.
После этих слов Батый задумался, а затем сказал:
— Ты, Алан, бывалый человек, во многих странах побывал, выполняя мои поручения. А у русских ты находился больше всего. Знаешь ли ты, как они живут, и ладят ли меж собой братья Александр и Андрей? Как нам поступить, чтобы меж ними была междоусобица, чтобы эти два князя не объединились и не повели за собой и других князей против нас?
Алан, преданно глядя на хана, подполз к Батыю, поцеловал полу халата, стал рассказывать:
— Я бы, великий хан, посоветовал дать им ярлыки на правление княжествами, но с хитростью. Князю Александру дать ярлык на правление киевским княжеством. Это ему поначалу даст как бы большую власть над всей Русью, но на самом деле он не будет иметь ничего, так как Киев разрушен, там даже собаки не живут. А князю Андрею дать ярлык на княжение Владимирскими землями, фактически вся власть будет в руках у него. Так как великому князю владимирскому испокон веков подчиняются все северо-западные земли Руси, то власть будет сосредоточена у князя Андрея. И это их, в конце концов, приведет к разногласию и разъединит. Они меж собой начнут враждовать и будут наперебой добиваться твоего расположения, великий хан. Так на Руси повелось.