На возможности выглядеть как душе твоей угодно и лишь в узком кругу избранных это демонстрировать, для остальных оставаясь человеческим человеком. На возможности влиять исподтишка на людей — да и на других хтоней, — не словами, не открытыми действиями, но легкими прикосновениями крыльев, а порой даже просто мысленным усилием. На возможности прийти в этот собор, и взлететь над алтарем, и висеть, будучи опьяненным чувством полета; не в реальности, конечно, ведь там Пьер не смеет перекинуться в хтоническую форму (хоть и говорили: это же не оборотничество, не стоит размышлять, как подействует на нового тебя физика реального мира, просто сделай это!), но и здесь, в мысленном путешествии, ему достаточно.
