Инфократия. Истина и свобода в цифровую эпоху
Мы живем в мире, где внимание рассыпается на миллионы вспышек, а информация течет непрерывным бесформенным потоком. Хан показывает, как логика лайков, алгоритмов и фрагментированных сообществ вытесняет публичное пространство, необходимое для настоящего диалога. Вместо граждан — кластеры мнений. Вместо дебатов — вспышки негодования. Вместо демократии — инфократия.
Bu seriyada
Kitobning boshqa versiyalari 1
Taassurotlar 81
Блаженны почившие до нашего времени. Бибихин, Хайдеггер, Ницше — те, кому повезло уйти вовремя, успевшие покинуть (г)ноев ковчег до того, как он окончательно превратился в плавучую свалку смыслов. Попалась на глаза небольшая по объёму работа Бён-Чхоль Хана «Инфократия». Ощущение такое, будто читаешь нечто более мрачное и тяжёлое, чем «Апокалипсис» Иоанна, гностические мифы или де Лотреамона. У всех этих текстов перспектива эсхатологическая — они ещё смотрят в сторону конца, ещё различают край и ожидают падения. Брошюра Хана фиксирует иное состояние: состояние после. Здесь речь не идёт о конце как событии, и это не имеет ничего общего с мейясуанским «после конца», где мыслится онтологическая контингентность и безразличие бытия к любым сценариям. У Хана нет ни философского обрыва, ни спекулятивной бездны — здесь уже нечему обрываться. Конец произошёл тихо и незаметно, без грома и откровений. Пришла в голову следующая аналогия. «Апокалипсис» — мы видим край и знаем: падение сулит новое начало. Философия XX века — мы стоим на краю, ещё удерживая равновесие. «Инфократия» — это некролог миру, который уже упал. Не предупреждение и не пророчество, а сухая фиксация: тело найдено, смерть констатирована, время зафиксировано. Жутко.
Наверное кто-то и читает такие книги, но написано очень сложным языком. Прочитал половину, больше не смог, потому что четверть от каждого абзаца это непонятные слова. Вот пример непонятного: «У цифровых племен, как коллективов, основанных на идентичности, притязания на правоту не дискурсивны, а абсолютны, поскольку им не свойственна коммуникативная рациональность. Последняя связана с определенными правилами. От высказываемого мнения она требует критикуемости и аргументированности: Проявление удовлетворяет условиям рациональности, если и поскольку оно воплощает в себе погрешимое знание, … »
Книга вышла довльно точным диагнозом времени. Автор убедительно объясняет, почему в эпоху цифры нам так сложно договариваться: внимание рассеяно, информация льется бесконечным потоком, а публичные дебаты заменяют вспышки гнева в сети. Главный вывод - власть перешла от идеологий к информации. Непросто было закончить книгу, но это очень важное чтение для меня. И мне кажется, что всем, кто хочет понять, как устроено современное общество и куда мы движемся - эта книга может зайти