Kitobdan iqtiboslar Звезда на одну рольmuallif Татьяна Степанова
Чтобы получить наивысшее удовлетворение, женщина должна ощутить себя желанной, прекрасной, привлекательной. Как этого добиться? Что должен сделать для этого мужчина? Опять-таки в теории – все просто. Во-первых, женщина должна услышать от мужчины признание своих достоинств, во-вторых, она должна почувствовать его силу и осознать, что может оказывать на эту силу влияние, а в-третьих, женщина должна убедиться воочию, что один ее взгляд сводит мужчину с ума. Если вот эти три условия выполнены, в ее сердце наступает рай и птички поют на ветвях души нежной креолки.
1 kishiga yoqdi
Уметь распорядиться досугом – высшая ступень цивилизации. А уж выбрать по-настоящему изысканное зрелище вообще доступно немногим. Это и раньше мало кому удавалось.
палкой оглушил. Костылем своим.
– Этот все без сознания? – спросил следователь
А с другими натурщицами ты не пробовал работать до нее?
Где он только не был в этот долгий выходной: в прокуратуре, у шефа на ковре, потом рванул в «Ботанический Сад Души», потом к Берберову. Пустота поглощала все – все усилия. Он чувствовал это. Ничего. Почти никаких зацепок. Почти. Позвонил напоследок Кате и… его оглушило!
– Где же ты был, Никита? Я весь телефон тебе оборвала! Я… мы…
Он заехал за ней, и они помчались в Холодный переулок. На этот раз Колосов тоже рассчитывал только на себя.
Когда она впервые поняла, что происходит, когда перехватила взгляд, каким Олли и Данила обменялись между собой, ей захотелось наплевать на все и уйти из этого дома, но… ей ведь обещали деньги, ее кормили и одевали, с ней были ласковы, вежливы, и потом, этот вожделенный контракт… Немного найдется ведь провинциальных актрисочек, да к тому же опустившихся и залапанных сукой-судьбой, кому выпадает счастье играть в такой вот дорогой, стильной пьесе!
– А в убийстве тринадцати человек?
Она сама его себе придумала еще там, в Риме, когда пела в маленьком русском кабачке на Пьяцца дель Донго. Он увидел ее там, когда, похоронив брата, поехал в свое первое путешествие.
Он прикрыл глаза, протянул руку и нажал кнопку магнитофона, стоявшего на полу под креслом. Запись на кассете звучала всегда одна и та же: Фредди Меркьюри. Великие хиты. Фредди – тот, кто понял бы его без глупых объяснений. Обаятельный и загадочный Фредди – словно принц в изгнании.
Группа «Queen» ничего не значила без Фредди, без его божественного голоса. С тех пор как он умер, мир опустел. Навсегда.
В комнате зазвучала «La Japаnaise» – японская песенка-дуэт. Голоса Фредди Меркьюри и несравненной Монтсеррат Кабалье переполняли его сердце. Он вздохнул. Из мглы воспоминаний выплыло знакомое лицо.
Брат. Его старший брат, Василий Верховцев, ничего не смысливший ни в творчестве Мастера, ни в духах, ни в хорошей кухне, ни в театре. Но взамен у него имелось одно драгоценное качество: он умел делать деньги. Из всего делать: из металлолома, удобрений, «ножек Буша», бензина, финансовой нестабильности, воздуха.
В 1986 году он начинал в затхлой и грязной конторе по переработке вторсырья в Свиблове, а спустя всего восемь лет, к началу 1994 года, у него уже были собственные пароходы, акции, магазины, кирпичный завод, два особняка в Москве и на побережье Финского залива, вилла в Испании и солидный счет в швейцарском банке. Василий работал как вол, вкалывая по двадцать три часа в сутки.
Пока его младший брат искал свои собственные пути в искусстве и жизни, исследовал творчество Мастера, играл на любительской сцене, сопереживал и не сопереживал чужим страстям из зачитанных до дыр пьес, Василий становился одним из самых богатых людей России.
Младшего брата он тщетно пытался пристроить к какому-нибудь бизнесу. «Ты бы делом, что ли, занялся, Игоряша, – говаривал он в минуты их редких встреч. – Хочешь поруководить парфюмерной фирмой? Там нужны только твой лоск и наша фамилия. Остальное – забота менеджеров». Но младший брат отказывался: «Я люблю аромат духов. Меня абсолютно не интересует их стоимость. Мне больше нравится вдыхать, чем торговать ими».
Верховцев-старший только морщился, жеманство брата Игоря начинало действовать ему на нервы. Однако он терпел. Он любил брата
чтобы устроить свою жизнь так, как он уже давно этого