Когда папа ушел, мама перестала пить алкоголь даже по праздникам: не потому что папа был алкоголиком, а потому что мама не хотела о нем вспоминать — даже через ее любимое и их традиционное красное.
Не помню, как мы добрались до дома — помню только, что родители (а можно ли их теперь называть вместе, а не по раздельности — мама и папа?) погнали меня идти впереди, и спиной я чувствовала скорую катастрофу.
В этот вечер мама пришла с папой. У меня не получилось удивиться или хотя бы изобразить удивление: я слишком, слишком каждый день ждала папу и до чертиков мечтала, как он по привычке встанет чуть сзади мамы и левой рукой приобнимет за плечо.
В этот вечер мама и папа стояли рядом — и вроде недалеко друг от друга, но между ними спокойно могла проехать электричка и высадить недовольных уставших пассажиров.
Мама и папа тоже были недовольные и уставшие. Я сразу подумала: «Это из-за меня. Не было бы меня — они бы друг про друга забыли»
Пасха — это что-то типа Нового года, только с Богом вместо Деда Мороза: чувствуешь, что где-то, в слоях реальности, происходит чудо и наступает новое время. Это время для тех, кому так нужен второй шанс и вторая попытка
