— Грин, вы опять меня не слушаете, — нарочито громко напомнил о себе директор нашего музея, постучав авторучкой по столешнице. — А вас, Гребнева, я попрошу не являться на общие совещания в столь бесцеремонно открытых платьях или хотя бы пользоваться максимально закрытым бюстгальтером.
— Сам такое носи, — мило улыбнулась она в ответ, так качнув грудью, что я вновь утонул в глубинах её декольте, без малейшей надежды выплыть наружу.
— Смотри мне в глаза, — здоровяк Земнов развернул меня за плечи. — Не отводи взгляда, верь в себя, дыши носом, сейчас отпустит.
— И винишка хлебни: сухое, из Бахчисарая, — мигом подсуетился Денисыч. — Бро, не волнуйся, у нас у всех такое тоже было. Накрывает на раз! Светка не виновата: ну, типа природа у неё такая…
Шеф вновь повысил голос, и мы отклонились от очередной темы нашего внепланового собрания, наверное, минут на десять. Во время которых мне, как водится, придётся немного расска
