Ты вот после линейки ушел, а заведующих хирургическими отделениями оставили, — сказал Макс. — И сказали буквально следующее: «Все помнят, что в воскресенье выборы? Во все отделения придут выборщики, чтобы наши больные как полноценные граждане страны тоже проголосовали. И в реанимацию придут. Пусть дежурные врачи обоих реанимационных отделений приготовят стерильные халаты для выборщиков. Выборщики с ящиком придут в реанимацию, а наши реанимационные больные должны голосовать. И паспорта не забудьте». Так что, Глеб, позвони родственникам, пусть их паспорта принесут.
Молчание. В палате реанимации после перевода благополучных оперированных остаются двое — один Рыков, вегетативное (то есть «овощное») состояние, второй Куциев, 20 дней на ИВЛ, пытаются снять, уже почти дышит, на вспомогательной вентиляции, но где он и что с ним — не соображает.
— Ладно, — обреченно кивает Глеб, который как раз в день выборов дежурит. — Обеспечу халаты.
— Они без мозгов будут голосовать, — говорит Витя.
— А что вы хотите, полстраны без мозгов голосует, — пожимает плечами Олег.
