Клинический взгляд — это взгляд, выжигающий вещи до их конечной истины. Внимание, с которым он наблюдает, и движение, в котором он выражает, в конечном счете воспроизводятся в этом парадоксальном всепоглощающем акте. Реальность, дискурс которой он спонтанно считывает, чтобы воспроизвести ее такой, как она есть, эта реальность не столь адекватна самой себе, как можно было бы предполагать: ее истина дается в расчленении, которое есть нечто куда большее, нежели чтение, поскольку речь идет об освобождении от имплицитной структуры. Теперь мы видим, что клиника уже не просто прочитывает видимое; она призвана раскрывать тайны.
