Когда в конце 2004 года, через несколько дней после сильного землетрясения, которое также подняло Норт-Сентинел на несколько метров и разрушило неглубокие, безопасные рыболовные угодья лагуны, над островом в поисках выживших пролетел вертолет, создав культовый образ, словно выпавший из времени; темный
Остров — театральное пространство: все, что здесь происходит, почти неизбежно становится рассказом, камерной пьесой глуши, литературным материалом. Характерно для этих рассказов то, что правда и поэзия уже не могут быть разделены, реальность выдумывается, а выдумка реализуется
Когда «Бигль» покидает лагуну, Дарвин пишет: «Я рад, что мы посетили эти острова: такие образования, несомненно, входят в число чудес этого мира». Спустя годы он пришел к выводу: «Древо Жизни, возможно, следует назвать Кораллом Жизни».
В любом случае жизнь на чистых участках земли редко бывает спокойной, поскольку это чаще царство террора отдельного человека, чем реализация утопии эгалитарного сообщества. Острова воспринимаются как естественные колонии, ожидающие своего диктатора.
«Посылаю вам, чтобы вы, утомившись, могли с удовольствием позволить своим мыслям блуждать». Это, безусловно, можно понимать как приглашение к «путешествию в кресле», этой вечной форме странствий, которая экономит деньги и ресурсы, но развивает воображение.
Четыре года и четыре месяца моряк Александр Селькирк провел в полном одиночестве на острове: росчерком пера его история превратится в историю Робинзона Крузо. Именем этого героя и назовут сам остров.
единственная женщина, когда-либо приезжавшая в Антарктику, жена капитана Адольфа Амандуса Андресена, управляющего директора одной из трех компаний, которые вели здесь китобойный промысел в течение двух лет. //
