Вампир Лестат
Энн Райс

Bepul parcha

Kitob haqida Taassurotlar149 Iqtiboslar4.2K Oʻqiyapti6.2K Javonlarda Bu seriyada

Исповедь вампира Лестата, героя «Вампирских хроник», пытающегося отыскать истоки своего вечного существования, встретиться с Детьми Тысячелетий, проносит нас сквозь века и континенты: Древний Египет и Америка XX века, Римская империя и Венеция эпохи Возрождения… Исторически точное и в то же время, исполненное безграничной фантазии повествование, позволяет приоткрыть завесу над древними тайнами, проникнуть в секреты древней магии, заглянуть в бездну, наполненную страстями, — бездну под названием человеческая душа…
Предыдущий роман писательницы «Интервью с вампиром», открывший цикл «Вампирских хроник» и продолженный романом «Вампир Лестат», стал настоящим событием в мире литературы. Общий его тираж превысил рекордные 15 миллионов экземпляров, это едва ли не самая продаваемая из книг современных авторов в истории книжной торговли.

Художественная литература Темное фэнтези Фэнтези Сверхъестественное Романтическое фэнтези Виртуальный рассказчик

Yosh cheklovlari: 16+

Huquq egasi: Издательство АЗБУКА

nashriyot: Издательство АЗБУКА

Seriya: Вампирские хроники

tarjimon: Ирина Шефановская

Qogʻoz sahifalar: 798

Bu seriyada

Энн РайсИнтервью с вампиром

Энн РайсЦарица проклятых

Энн РайсИстория Похитителя Тел

Энн РайсМемнох-дьявол

Oʻqib boʻldingizmi? Fikringiz qanday?

👍👎

Taassurotlar149

kittymara-0905taassurotlarni ulashish4 yil oldin

Натуральный блондин и так далее Честно сказать, не очень поняла настолько крутого виража в отношении персонажей. Нет, понятное дело, когда история рассказывается от лица другого, то и история получается совсем новая. И так даже интереснее. Однако, по факту как-то получается, что душещипательный рассказ луи по версии лестата - не более, чем вымысел, плод фантазии прекрасного, но лживого или невероятно запутавшегося в себе вампира, во многом выдающего желаемое за действительное. Простите, но нет. То есть я так не играю. Вот ни разу. К тому же, махровая мартисьюшность лестата, откровенно говоря, слегонца отталкивает. Вот все его любят или там неистово хотят, а он дарит своей благосклонностью очень немногих. В их числе присутствует и луи, но говорится о нем с этакой снисходительностью. Мол, детка, конечно, ужасен, но я все равно люблю его, ибо вот. Нда. Впрочем, сама история лестата, из нищего французского дворянина превратившегося в великолепного вампира по воле древнего монстра очень даже и ничего. То есть нате вам соответствующую атмосферу, роскошные наряды и не менее впечатляющие лохмотья, прекрасных дам и месье, мостовые парижа, театры, актерскую братию и вампиров разного рода, злобно поглядывающих в сторону новобранца на поприще кровопития. И чуточку инцестуальных мотивов, совсем чуточку, все-таки не переходя окончательно за грань платонической родственной любви. И вообще, да здравствует, свобода нравов, то есть лестат любит вне зависимости от половой принадлежности объекта любви. Ох, уж эти ветреные и порочные французы. И, конечно же, присутствуют многочисленные путешествия и духовные искания существа, потерявшего человеческий облик. И душу? Любит сама райс порассуждать на эту тему, кстати. Этот вопрос довольно серьезно волнует лестата, но все же совсем не так, как луи. На мой взгляд, он как-то более прозаичен и логичен в своих метаниях, так что мое сердце все же отдано другому вампиру. Однако, и его не миновала своя чаша страданий вкупе с тяжелейшей депрессией, которая опасна тем, что вампир может отказаться жить и все тут. Но вот что меня реально рассмешило, так это то, что райс выставила истерическим слабаком армана - еще одного важного героя хроник. Да никогда, и нифига я не поверю, что вампиры нашенских кровей бывают такими жевунами-мямлями. Мятущийся, страдающий зануда - вполне себе и да, а вот совершенно без внутреннего стержня - нет, нет и нет. И жаль, конечно, что сердце райс, похоже, отдано лестату. Кажется, о нем больше всего написано романов в цикле хроник. Впрочем, он мне вполне симпатичен, и, конечно же, я предвзята, ибо мое сердце отдано совсем другому вампиру, и все тут.

16 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Архангел Ксениилtaassurotlarni ulashish3 yil oldin

Безумно трогательная и захватывающая история жизни, от которой невозможно оторваться…Некоторые моменты даже шокируют. Полностью погружаешься в чувства персонажа,чувствуешь его боль и моменты радости Прекрасные описания,очень яркие и богатые

6 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Аня С.taassurotlarni ulashish1 yil oldin

Эх... Сразу вспоминаешь школьное время), как запоем читали Энн Райс, читали ночами, запоем, с фонариком под одеялом, сейчас уже не зайдёт, но когда тебе 16... Сердечко отдано Лестату безвозвратно....

4 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Iqtiboslar4154

Даниэлла Вороноваiqtibos olmoqda2 yil oldin

И все же не могу отрицать, что были у меня и счастливые мгновения. Без малого семьдесят лет рядом со мной были мои создания — Луи и Клодия, двое самых чудесных и великолепных бессмертных, которые когда-либо существовали на земле.

20 kishiga yoqdi1 ta fikr

Fikr bildirish

Kateryna Rubinskaiqtibos olmoqda4 yil oldin

Мой возлюбленный Луи, от лица которого ведется повествование в «Интервью с вампиром», нарушил все эти запреты. Тем самым он совершил преступление гораздо более тяжкое, чем я. Я открыл свой маленький секрет рок-музыкантам. Он же поведал обо всем сотням тысяч читателей. Ему осталось только нарисовать карту Нового Орлеана и пометить на ней крестиком то место, где я спал все это время.

13 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Белый Грачiqtibos olmoqda1 yil oldin

— Это что, предложение, Луи? Ты вновь вернулся ко мне? Ты снова со мной, как говорят влюбленные? Глаза его потемнели, и он отвернулся. — В моих словах нет и тени насмешки, Луи, — объяснил я. — Это ты снова со мной, Лестат. Ты вернулся ко мне, — спокойно ответил он, вновь глядя мне в глаза. — Когда в «Дочери Дракулы» я впервые услышал о твоем возвращении, я почувствовал нечто такое, что, как я думал, давно и навсегда во мне умерло... — Он замолчал. Однако я понял, что он хотел сказать. Точнее, уже сказал. И я понял это давным-давно, когда почувствовал, в каком отчаянии был Арман после гибели древнего общества. Возбуждение, волнение, желание продолжать свое существование — такого рода чувства были для нас бесценными. Следовательно, у меня появляется еще больше оснований для участия в рок-концерте, для того, чтобы все продолжалось, для начала войны. — Лестат, прошу тебя, не выходи завтра вечером на сцену, — попросил Луи. — Добейся того, чего ты хочешь, с помощью видеокассет и книги. Но побереги, защити себя. Подожди, пока мы соберемся все вместе и поговорим. Давай построим в этом веке такие отношения между нами, каких никогда не было. Я говорю об абсолютно всех нам подобных. — Весьма соблазнительная идея, радость моя, — усмехнулся я. — Было время в прошлом веке, когда я отдал бы все на свете за одну только возможность услышать эти слова. Мы действительно соберемся все вместе. И обязательно поговорим. И наладим отношения. Это будет прекрасно, так чудесно, как не было никогда. Однако я выйду на сцену. Я вновь собираюсь стать Лелио, но таким, каким никогда не был в Париже. Я буду вампиром Лестатом, и меня увидят все. Буду одновременно и символом и отступником, своего рода причудой природы, ее уродливым созданием, которого можно и любить, и ненавидеть, и презирать. Повторяю, я не могу отступить. Я не могу упустить такую возможность. И если говорить честно, я не испытываю ни малейшего страха. Почувствовав, как мне показалось, охватившую его не то холодность, не то печаль, я постарался взять себя в руки. Как никогда прежде, я ненавидел готовое взойти солнце. Он повернулся к горизонту спиной, потому что свет уже начал причинять ему боль. Однако на лице его я увидел выражение все той же теплоты и симпатии. — Что ж, хорошо, — сказал он, — в таком случае я хотел бы поехать в Сан-Франциско вместе с тобой. Я очень хочу. Ты возьмешь меня? Я даже не смог ответить сразу. Безумный восторг, возбуждение и всепоглощающая любовь к нему, охватившие меня, показались мне вдруг едва ли не оскорбительными. — Конечно, я возьму тебя с собой, — откликнулся наконец я. Мы пристально посмотрели в глаза друг другу. Ему пора было уходить. Для него утро уже наступило. — Еще два слова, Луи, — попросил я. — Слушаю. — Эта одежда... Нечто невозможное. Надеюсь, что завтра вечером ты, как теперь говорят, скинешь этот свитер и эти брюки.

6 kishiga yoqdi

Fikr bildirish